«Тарас Бульба» сегодня? Неожиданно и, прямо скажем, рискованно: где-то рядом - Украина, и вообще «про войну». Однако премьера - даром что Гоголь и смачный гоголевский текст - неспроста. Она вышла практически лишенной этнических привязок.
То есть слова «казаки», «Запорожье», «лях», «бурса» и некоторые прочие вполне конкретные слова, написанные Николаем Васильевичем, со сцены звучат, но спектакль лишен первичных национальных признаков - всяких там шаровар, оселедцев да шашек с кушаками. И оказалось, что оголенный до идеологического костяка этот сочный, яркий, колоритнейший текст - суть страстный антивоенный манифест.
Да что говорить, сами перечитайте «Тараса Бульбу». Он современен до дрожи, и его фабула достойна стать основой крутого боевика в самых разнообразных декорациях на выбор: Германия, Финляндия, Вьетнам, Абхазия, Палестина - их было и есть много полыхающих точек, и везде есть свои солдаты, свои патриоты… и свои жертвы.
К казацкому полковнику Тарасу Бульбенко (Сергей Блохин) приезжают сыновья, отучившиеся, согласно моде, в строгом закрытом пансионате и получившие престижные «корочки». Счастливый отец под лозунгом: «Ну а теперь - за дело!» - тащит их в военный патриотический лагерь к таким же старым солдатам удачи, не знающим слов любви, но любящим жестокие потехи. Дальше начинается экшен, а вслед за тем - и интрига: Андрию (Николай Смирнов) слова любви таки нечужды. Впрочем, содержание знакомо всем со школьной скамьи. И - да, Тарас произносит хрестоматийное «Я тебя породил, я тебя и убью», что и выполняет незамедлительно. Погибнет страшной смертью и Остап (Иван Старжицкий) - то ли несостоявшийся герой, то ли жертвенный бычок. Погибнут все, словно эльфы на Пеленнорской равнине - в чужом бою. Узрел ли Тарас истинное лицо войны хотя бы на смертном одре?
Режиссер Олег Липовецкий называет свое детище не иначе как «спектакль-раскол» - что, кстати, подано и визуально. Картинка вообще получилась неожиданная. Действие происходит словно в измерении эйдосов: вне стран и времен, с минимумом декораций и реквизита. Артисты мужского пола облачены в нечто условно-военное (художник-постановщик Яков Каждан). И, словно в античной трагедии, они говорят со зрителем в том числе на языке пластики (хореограф Ольга Васильева), под жесткую современную музыку (композитор Александр Улаев). К сожалению, миф о Человеке любящем и Человеке воюющем пока не имеет внятного финала. Но, значит, есть и надежда на финал оптимистический.
Мария Федотова.
Фото Александра Воложанина
