Осень. Унывая пора. И скучно, и грешно. На улице - грязно и мрачно, в театре - мрачно и красиво. Ходил с женой 10 октября на премьеру «Павла Первого» в Нижегородскую Драму. Грандиозность сего явления передать трудно. На сцене - царство смерти: муштра, шпицрутены, деспотизм. Как будто снова в армии побывал: сначала восхищение порядком и дисциплиной, а потом скука, алкоголизм и казнокрадство. Вот она Россия!
В новой постановке много интересных придумок. Розги вместо ружей, золотые маски Петра Великого, огромная фигура Медного Всадника, нависающая над сценой. Все это создают атмосферу казарменного произвола и дворцового нездоровья. Музыка Равеля навевает страх. Все решено в черно-белых тонах. По сцене кружат белые лица и черные плащи. Сижу столбенею.
Дмитрий Мережковский сочинил трагедию шекспировского размаха про императора Павла I, отца десяти детей. На сцене Нижегородской драмы царь является к нам из глубины веков тираном, который испытывает романтические слабости лишь наедине со свой фавориткой княгиней Гагариной. «Павел I– тиран», в исполнении актера Евгения Зерина, получился великолепно. «Павел I– придурок» – не получился вовсе.
Графа Палена, первого заговорщика и цареубийцу, играет личность «заслуженная». Сам Сергей Блохин! Колоритная фигура «унтер-пришибеева» – весьма странный выбор для роли хитрого царедворца, ведь в труппе театра «служит» вылитый Пален – Александр Сучков…
Конечно, Павел I – сумасшедший, и ему под стать вся августейшая семейка. И императрица, и наследник, и невестка (Кириллова, Бычков, Мельникова) ходят, разговаривают, страдают, как воскресшие, благодаря гриму, мертвецы. Зачем это современному зрителю – вопрос? Но местные некрофилы точно раскупят все первые ряды.
Спасибо «Павлу I». Я заметил, что современные режиссеры стремятся ставить не спектакли, а шоу. Декорации, костюмы, музыка, хореография – все сделано с большой любовью, пониманием. Не может не вызывать восхищение профессионализм и огромный сценический труд. НО! В современных постановках тексту, драматургии отводится место в последнем ряду на откидном стульчике. Ключевые фразы, например: «Царя убили. И слава Богу» произносятся мимоходом, как если бы лакей говорил: «Не изволите ли подать чаю?»… Спецэффекты и массовые сцены удаются замечательно, но в них тонет и смысл, и трагедия. Все-таки, я считаю, что даже в трагедии сегодня надо играть жизнь, а не смерть, как во времена Шекспира.
Новая постановка заслуживает того, чтобы стать лучше. Придурошность Павла I вполне можно доработать, чтобы по зрительному залу пару раз пробегал-таки смешок. А так зритель сидит как завороженный или, лучше сказать, замороженный. Луч света не коснется его хмурого лица. На премьере под гнетом масштаба и эпохальности новой постановки зал сидел тихо, ни плакал, ни смеялся. Робко хлопал. Финальные поклоны сопровождались бурными аплодисментами. Занавес. Очень рекомендую для просмотра всем ВВП.
Андрей Логванов
