Многие сочинения Тургенева отличаются тем, что находят острый отклик в душах современных зрителей и читателей. Произведения Ивана Сергеевича всегда отличались тонком психологизмом, и пьеса «Нахлебник» заставит вас задуматься, и не просто задуматься, а кожей прочувствовать боль человека, оказавшегося в безвыходной ситуации. Постановка Нижегородского академического театра драмы поражает уровнем напряжения на протяжении всего спектакля, которое создает блестящая игра актеров, а особенно – исполнителя главной роли дворянина Кузовкина Валерия Никитина. Спектакль, который мне посчастливилось посетить, был его бенефисом. Он играет эту роль так, что от острого ощущения сопереживания буквально сводит скулы.
С начала спектакля появляется и нарастает чувство неправильности, извращенности происходящего с героем. Фальшь и издевательство слышатся в каждой фразе Тропачёва и Карпачова. Они даже не пытаются скрывать свою гнилую натуру и радость от насмешек над беспомощным стариком, изо всех сил пытающимся сохранить остатки своего достоинства, последние крохи самоуважения и не потерять расположение единственного родного ему человека – Ольги Петровны. Она единственная, кто видит в нем личность, а не игрушку для увеселения скучающих провинциальных помещиков. Ее муж сначала из вежливости поддерживает омерзительную игру, но затем гости перегибают палку настолько, что сочувствие просыпается даже в нем. Эту неоднозначную роль великолепно исполняет заслуженный артист РФ Юрий Котов, актер в высшей степени одаренный. Елецкий – герой двойственный и многогранный, иногда его поступки вызывают уважение, а иногда и нет. Это очень жизненный типаж, Елецкий не определился в своем отношении к нахлебнику Кузовкину, и это отношение меняется по ходу пьесы. По сути мы можем видеть личностную динамику персонажа, что вообще нечасто встретишь на сцене. Кроме того, хотелось бы отметить голос Котова: некоторые его реплики вызывают ассоциации со временами, когда в здании Театра драмы пел Ф.И. Шаляпин, отличавшийся помимо прочего силой и громкостью голоса. Котов, может быть, и уступает Шаляпину, но скорее всего, ненамного: отдельные фразы заставляют подпрыгнуть даже галерку.
В целом постановка пробуждает щемящее чувство жалости и сострадания к Кузовкину. Пьеса побуждает зрителя задуматься об этичности его собственных поступков. Неизбежно всплывают в памяти ситуации, когда он оказывался на месте того или иного персонажа. В России того времени, как, впрочем, и сейчас господствует уничижительное отношение к подчиненному, менее знатному, богатому, именитому или по каким-либо другим причинам зависимому человеку. Власть развращает того, кто получил ее незаслуженно, не имея в себе силы правильно ее использовать, и это порождает отношения типа «я начальник – ты дурак, ты начальник – я дурак». Реалии российского общества таковы, что почти каждый человек, хотя раз в жизни, был по ту или иную сторону этой баррикады.
Такие пьесы, как «Нахлебник», призваны вскрывать нарывы общества, каковой и является эта ситуация, которая в спектакле сыграна ярко и пронзительно, буквально – до слез. Это сделано для того, чтобы зритель до глубины души проникся трагизмом униженного и оскорбленного человека, которого забавы ради лишают того, без чего ему попросту незачем жить. Актеры «драмы» своей игрой высочайшего уровня усиливают эффект и без того очень мощного произведения настолько, что некоторых людей эта постановка заставляет всерьез задуматься над своей жизнью и изменить свой взгляд на мир в целом. А это, по моему мнению, высшая цель любого произведения искусства.
Марина Култыгина, магистрант I курса НГПУ им. К. Минина
