(Нижегородский театр драмы, «Тот самый Мюнхгаузен», режиссёр Елена Невежина)
Первую премьеру сезона 2017-2018 в Нижегородском театре драмы театральная публика города ждала с особым интересом. Все исходные данные известны: распределение ролей, режиссерский стиль Елены Невежиной по постановкам в Драме («Павел I») и Комедiи («Губы Мика Джаггера»), да и текст пьесы Горина «Самый правдивый» давно растащен на цитаты. Но результат – непредсказуем.
Впечатление от визуальной части спектакля можно сравнить с ощущениями от ярких, но стильных иллюстраций в старой книге сказок. Так же хочется бесконечно рассматривать детали кабинета барона, аллею и площадь, приглядываться к смутным очертаниям стен огромного замка. Работа Дмитрия Разумова, художника-постановщика, завораживает. Основной элемент декораций – огромный диско-шар. Невольно задаешь себе вопрос – что это, маятник, или луна, или, может быть, ядро? Или это тот шар, которым рушат дома, которым вот-вот разрушат и дом, и жизнь барона Мюнхгаузена?
История Мюнхгаузена в постановке состоит из очень разных эпизодов: от трогательно-чувственных до феерически-смешных. Но так или иначе, все крутится вокруг фигуры уставшего, немолодого человека, который хочет двух простых вещей: быть самим собой и жениться на любимой женщине. И, как выясняется, может позволить себе либо первое, либо второе. Любовная линия звучит словно в противовес спору Мюнхгаузена с обществом и собой. В тот момент, когда барон говорит «ночь», и Марта (роль по очереди исполняют Мария Мельникова и Вероника Блохина) засыпает у него на коленях, кажется, нежность заполняет все пространство сцены. Здесь будто воплощена потаенная мечта всех женщин – дремать на руках у кого-то очень большого, доброго и любящего.
Что касается попыток Мюнхгаузена остаться Мюнхгаузеном – иногда компромисс невозможен. В садовнике Миллере будто и нет ничего от барона, настолько он обывательски-тосклив и расчетлив. Его друг, Бургомистр, мастерски сыгранный Олегом Шапковым, – смешной, преувеличенно манерный, и внутренне не менее несчастный персонаж. Природа не наделила его волей, зато он умеет находить компромиссы. С первого выхода этот гротесковый герой – мгновенный любимец публики, по-актерски бесконечно притягательный. Сцены с участием Бургомистра становятся самыми эффектными во всем спектакле: к примеру, первая сцена в суде и речь, прерываемая репликами комически-флегматичного судьи в исполнении Юрия Фильшина. Фарс бракоразводного процесса перерастает в тихую драму барона, вынужденного стать «таким как все», а после и в трагедию.
С общим повествованием неожиданно контрастируют музыкальные вставки (хоть и звучат они в акустике), возможно, за счет своей узнаваемости: «Последний герой» Кино, «Сон» Воскресения и «Все, как у людей» Гражданской обороны. Музыка резко напоминает зрителю о другой эпохе, об иных временах и культурных контекстах.
Еще один мост в современность – одежда: часть персонажей спокойно разгуливает по 18 столетию в платьях и костюмах 20 века. И благодаря этому барон как будто оказывается в странном безвременьи, где перемешаны приметы прошлого и настоящего. Только одно остается неизменным: нежелание окружения принимать Мюнхгаузена таким, каков он есть, невозможность смириться с его личностью.
Особенная ненависть, в которой одновременно и ревность, и давняя обида, чувствуется в отношении к нему Якобины. Героиня Натальи Кузнецовой вобрала в себя все черты, все манеры «сильных женщин» от средневековья и до наших дней. Умная, красивая, жесткая, она, конечно, не годится в спутницы фантазеру-барону, но кто сказал, что она – не прекрасна?.. Словно эхо, все повторяет за Якобиной сын, Феофил (Андрей Соцков). И пусть он глуповат, недалёк, но в чем-то оказывается честнее многих. По крайне мере, ненавидит, кается и снова ненавидит он искренне.
Нельзя сказать, что бывшая жена и ее адвокат (Иван Старжинский), руководствуясь неприязнью, совсем уж не осознают значения и масштаба фигуры барона. Кое-что им дано понять, а потому после «смерти» они ловко присваивают его личность, на новый лад перекраивая историю подвигов Мюнхгаузена. И вот это оказывается совершенно невыносимым. Можно рискнуть, стать другим и потерять любимую женщину, но видеть свою жизнь в уродливом кривом зеркале – недопустимо.
Пока барон возвращает все на круги своя, уже Марта вынуждена осознать невозможность компромисса, на сей раз – в любви. В финале уже скорее она – центральная фигура, это она, хрупкая женщина в черном, вынуждена сделать решающий выбор. И, как всегда, когда ей больно или страшно, на помощь приходит он – сильный, мудрый, мужественный. И находит единственно верные, так хорошо знакомые всем слова, способные утешить и Марту, и верного Томаса, и каждого в зале.
Ирина Винтерле
